Менеджер Латиноамериканского центра журналистских расследований (CLIP) делится ценным опытом и рассказывает о бизнес-моделях, управлении талантами и о том, как взять изменения в свои руки.

Синтия Мембреньо

Эмильана Гарсия является живым отражением отношений любви-ненависти, которые возникают у журналистов с их профессией. Не поймите неправильно, журналистика – её первая любовь, но некоторые и первую любовь бросают, чтобы потом снова встретиться ней, но уже при других обстоятельствах. Так случилось с ней во время экономического кризиса в Аргентине 2000-х, серьезно затронувшего СМИ. Рабочих мест было мало, а если и были, то платили на них с задержками или плохо.

«Сражаясь» с медиаиндустрией и думая, что не ее это дело – журналистика, Эмильана ушла в гастрономический мир и стала работать сомелье. Зная, что в Коста-Рике не хватает специалистов этого профиля, она решила переехать в город Сан-Хосе и начать новую жизнь. Всячески отгоняя от себя мысли о своей прежней профессии, она нос к носу столкнулась с ней на пляже Носары, расположенном в провинции Гуанакасте: Джона и Сьюзан Джонсоны, пара американских филантропов, позвали ее работать в только что купленную ими газету «Голос Носары» (La Voz de Nosara).

Они предложили ей превратить эту местную газету в современное, развивающееся СМИ. Для Эмилианы это был вызов – надо было перейти на самоокупаемость.  Сегодня менеджер Латиноамериканского центра журналистских расследований (CLIP) уверяет, что, работая в газете, которая сейчас называется «Голос Гуанакасте» (La Voz de Guanacaste), она обрела необходимый опыт для работы в ассоциации, которая продвигает трансграничные и совместные расследования. 

В этом интервью для Colab Medios, которое было сокращено и отредактировано для большей ясности, Эмильана делится с нами ценными уроками, которые она получила в области построение эффективных бизнес-моделей, управления талантами, а также дает советы по управлению изменениями в СМИ.

— Эмильана, в 2000-е у тебя произошел перелом в карьере: ты решила переехать в другую страну и в итоге возглавила трансформацию местного СМИ. Каким был твой путь до того момента и что побудило тебя принять этот вызов?

— Работая сомелье в Коста-Рике, я как-то пошла на пляж  Носара в Гуанакасте и встретила там человека, который предложил мне работу, не связанную с журналистикой. А потом через него я познакомилась с Джоном и Сьюзан Джонсонами, которые в тот момент купили местную газету «Голос Носары» (La Voz de Nosara). Они знали, что раньше я работала журналистом, и предложили мне поработать. Это было возвращение к моей первой любви, и я сказал: «Ну ладно, поехали, в конце концов, это просто информационный бюллетень, выходящий каждые два месяца. Что там такого особенного надо будет делать?»

И мы начали его менять. Но я же не могу сидеть на месте и всюду нахожу интересные для решения задачи, так что и тут я себе сказала: «Ну, а почему бы не начать выпускать его ежемесячно? А что, если нанять верстальщика и сделать хороший дизайн? А что, если печатать его в столице, в Сан-Хосе?  Что, если мы доберемся до Никойи? Что, если мы придем и в другие города?»

— Какие самые важные изменения произошли в La Voz de Nosara под твоим руководством?

— Мы начали преобразование этого СМИ в 2007 году. Я тогда сказала Джону, что в провинции нет хорошей журналистики, а необходимость в ней есть, и что, если мы хотим расширяться, иметь больше клиентов и продавать больше рекламы, мы должны изменить название. Так в 2013 году мы стали La Voz de Guanacaste, то есть СМИ провинции, а не одного города. Тогда же мы переехали в город Никойя.

Еще одно важное решение, которое мы приняли в 2015 году, – стать некоммерческой организацией. Когда мы были компанией, мы с трудом могли платить зарплату трем людям. Нам пришлось пересмотреть бизнес-модель, потому что мы покрывали расходы, но не получали прибыли. Мы хотели еще больше расширяться, и это предполагало бóльшие инвестиции.

С другой стороны, в этой провинции были предприятия, заинтересованные в рекламных кампаниях и готовые за них платить. Мы задались вопросом, в какой степени мы могли бы сохранить редакционную независимость, если бы нам внезапно пришлось исследовать, например, влияние этих предприятий на окружающую среду или рынок рабочей силы. Мы поняли, что, привлекая инвестиции для развития нашей газеты, мы можем поставить под угрозу редакционную независимость.

— Став некоммерческой организацией, какие преимущества вы получили с точки зрения роста?

— Нам предоставилась ​​возможность обратиться в другие благотворительные фонды и подать заявку на грант. Другими словами, мы отважились на совершенно иную бизнес-модель, которая представляет из себя не столько бизнес, сколько план устойчивого развития. В то время мы подавали заявки на небольшие гранты – от 2 до 10 тысяч долларов. Но потом суммы выросли.  Нам нужно было подумать о том, как мы можем подать заявку на грант, не заставляя команду делать финт ушами (смеется), чтобы одновременно соответствовать требованиям фондов и внутренним требованиям в газете.

Это был интересный вызов: как подать заявку в благотворительные фонды, которые были готовы дать денег в Коста-Рике, да еще и региональной газете, которая, в свою очередь, была заинтересована в освещении муниципальных выборов, и в том, чтобы получить деньги и оплачивать труд журналистов и редакторов и иметь возможность и дальше воплощать задуманный проект.

Шесть лет спустя все изменилось. Фонды и даже посольства, которые предоставляют гранты средствам массовой информации, понимают, что, если они найдут «счастливое совпадение» между своей миссией и миссией издания, финансирование его деятельности вполне реально. Что это ничему не противоречит и совсем даже не плохо. Просто сказать: «Конечно, мы готовы заплатить им зарплату, потому что они пишут материалы о проблемах, по которым мы хотим получать информацию».

— А на личном и профессиональном уровне, чему ты научилась, руководя перестройкой La Voz de Guanacaste?

— Первое, что я поняла, так это то, что я ничего не могу сделать в одиночку. Я была не единственной, кто руководил этим процессом, я делала это с невероятной командой. Еще одна вещь, которой я научилась у Джонсонов и у людей, которые работали в их фондах, — это то, что вы должны защищать людей и инвестировать в них.

Например, думать, что мой фотограф — прежде всего человек. Если я вижу, что он не выполняет свои задания, опаздывает или постоянно оправдывается, я спрошу, что у него происходит в личной жизни. С другой стороны, при собеседовании с кандидатами на наши вакансии, я выбирала человека, у которого, возможно, не было сразу всех навыков и профессионального опыта, но у которого было сильное желание учиться и чувство ответственности. Мы знали, что такой кандидат «выстрелит» через год.

Кроме того, мы всегда спрашивали членов команды, чему они хотели бы научиться, и везде, где мы могли, привлекали ресурсы, чтобы они повышали квалификацию. Люди не только были очень благодарны, но и отлично проводили время, делая то, что им нравилось. Это нас сроднило и привело к стабильности в трудовом коллективе. Когда в среде постоянная текучка кадров, затраты на обучение улетают в черную дыру.

Рост La Voz de Guanacaste был связан с тем, что мы себя осознавали единой семьей. Это заставляет чувствовать себя командой, и, когда начинает штормить, все встают плечом к плечу. Я также поняла, что должна быть большая прозрачность в отношении ресурсов, что все должны знать темы, над которыми работает редакционная группа, а также стратегии коммерческого отдела.

— Проработав более десяти лет в La Voz de Guanacaste, ты присоединилась к Латиноамериканскому центру журналистских расследований (CLIP), который также является ассоциацией …

— Да, это все некоммерческие ассоциации, зарегистрированные в Коста-Рике. Это было большим плюсом для меня и для команды, с которой я работаю, потому что я полностью знакома со всеми юридическими формальностями, протоколами и собраниями, которые должны были быть проведены. Я знаю, как управляются ассоциации и их бухгалтерский учет. Все эти забавные вещи журналисту приходится знать. 

— Как тебе удалось так изменить своё мышление, стиль? Ты из журналиста, разрабатывающего новостные продукты, перешла к мышлению цифрами …

— Да, но я и как продюсер работаю. Если задуматься, в La Voz de Guanacaste я разработала продукт, который стал расширением концепции имеющегося издания. Это включало изменение названия, преобразование из информационного бюллетеня в печатный продукт с графическим дизайном, запуск веб-сайта, распространение контента в социальных сетях и, в итоге, превращение в некоммерческую организацию.

Когда через двенадцать лет я покинула La Voz, мы анализировали, насколько возможно воспроизвести эту модель работы СМИ и ведения бизнеса в других провинциях страны. Пандемия помешала это развить, но я всегда генерирую идеи и не могу остановиться, спросите моего мужа (смеется), я все время что-то создаю вокруг себя. Итак, с одной стороны, есть врожденное желание хотеть что-то делать, а с другой стороны необходимость генерировать ресурсы, иначе не будет журналистики.

— На одном из семинаров, который ты провела для Chicas Poderosas, организации, продвигающей лидерство женщин и меньшинств, ты сказала, что журналисты должны избавиться от аллергии на числа. Как ты считаешь, подход к цифрам меняется?

— Да, в условиях постоянного кризиса, с которым сталкиваются крупные СМИ, которые теряют хороших журналистов, целые группы профессионалов становятся предпринимателями. Когда они принимают решение продолжать быть журналистами и в то же время уходить на вольные хлеба, они понимают, что должны управлять своими финансовыми и человеческими ресурсами, а также своим временем, поэтому надо выбирать темы, на которых они будут специализироваться. Пять лет назад у журналистов была небольшая аллергия на бюджеты и их планирование. Сегодня я очень счастлива, потому что нас становится больше.

— Что бы ты сказала журналистке, которая, как и ты, думает о том, чтобы оставаться в СМИ, но заниматься чем-то другим, например, разрабатывать проекты, ориентированные на окупаемость?

— Скажу ей «вперед!», потому что это супер весело и требует море творчества. Нужно набраться духу и идти творить, и переосмысливать старые модели. Я бы посоветовала ей позвать еще кого-то, не думать, что ты все сможешь сделать в одиночку, внимательно слушать, задавать много вопросов и исследовать, как это происходит при подготовке репортажа. Я также посоветовала бы ей провести исследование рынка, поговорить со своими конкурентами – наше видение конкуренции тоже должно измениться – окружить себя хорошей командой, чтобы чувствовать себя комфортно, доверять своим инстинктам и быть терпеливым, чтобы вложить много любви и… Вперед!

— А как быть с теми, кто говорит тебе, что твои идеи и планы невыполнимы?

— Что ж, могут произойти две вещи: во-первых, твою идею невозможно воплотить именно сейчас. Если человек, который это говорит, вызывает у тебя доверие и если он эксперт в этом вопросе – то он имеет в виду, что для твоего проекта еще не наступило время. Но не отбрасывай идею, сохрани ее, как раньше ты откладывала сюжеты, оставляя их в загашнике, думая, что в какой-то момент они могут сработать. То же самое и с проектами. Не сработало? Возьми то, что может сгодиться, остальное отложи в сторону и продолжай.

А если твоя идея не работает, и ты быстро это поняла, ты гений, потому что тебе для этого потребовалось мало времени и ресурсов, чтобы осознать, что она не сработала. И если это не сработало, ты должна подумать, почему так произошло, и всё пересмотреть. Может быть, есть другой подход, и он сработает. Не надо слишком быстро опускать руки, но если что-то не идет, нет возможности что-то переделать, а ты продолжаешь вкладывать деньги и время, и это отнимает твой сон … если дело не идет вперед, что ж, просто отпусти.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.