В этом материале мы приводим статью, которая изначально была опубликована в ресурсе «Confidencial», о положении журналистов и журналистики в Никарагуа, где в последнее время свобода слова и прессы подвергается нападкам и беспрецедентному давлению со стороны властей.

Октавио Энрикес

Их выбор – информировать читателей даже находясь в ссылке и документировать все то, что происходит в Никарагуа, несмотря на преследование прессы.

 Четыре рубашки и две пары брюк – это все, что я положил в свой багаж, приняв решение покинуть Никарагуа. Мне стало ясно, что, если я хочу продолжить публиковать журналистские расследования о деяниях режима Даниэля Ортеги, меня ждет тюрьма или меня вынудят «благоразумно молчать», как и предупреждала правящая партия.  Однако у меня в «багаже» не только вещи, но и двадцатилетний опыт работы в условиях гонений на журналистику, но в составе прекрасных коллективов, где у меня остались десятки друзей.

В последние месяцы вся Латинская Америка стала свидетелем того, насколько возрос риск занятия журналистским ремеслом  в Никарагуа, однако эскалация репрессий, начавшаяся в конце мая со вторым рейдом в офисы Confidencial в Манагуа, показала, что режимом движет уже не просто политический расчет, а стремление установить тотальный террор, с угрозами расправы и тюремного заключения по отношению к инакомыслящим гражданам, а те, кто пытается покинуть страну, сталкиваются  с иммиграционными ограничениями в аэропорте. Страна превратилась в гигантскую тюрьму.

Для выполнения этих грязных задач в распоряжении у руководителей правительства есть судебная власть, которая останется в истории нашей страны как главный герой одной из самых печально известных глав о преследованиях по политическим мотивам, в том числе против независимых СМИ. Начиная с 3 июня этого года, когда меня, как преподавателя, вызвали в  прокуратуру в качестве свидетеля по делу о расследовании в отношении Фонда Виолетты Барриос Чаморро, были задержаны более тридцати человек, в том числе кандидаты в президенты, студенческие лидеры, бизнесмены, крестьяне, дипломаты, правозащитники и журналист, которого отправили в тюрьму за то, что он осуждал в социальных сетях режим Ортеги.

Когда в конце прошлого года приняли три законодательных акта, которые ставят вне закона журналистскую практику, у прокуроров появился инструмент запугивания во время допросов: наиболее распространенным из них  стал закон о наказании за «фейковые новости» или за киберпреступления. После этого мои коллеги из национального профсоюза из соображений безопасности решили перестать подписывать свои материалы. Это факт, который так или иначе отразили все средства массовой информации страны. В явной форме об этом сообщают из подполья, как это происходило под сводами старых церквей в ​​эпоху правления Сомосы, когда журналистика ушла в катакомбы.

В 2001 году Даниэль Ортега пообещал уважать свободу слова и подписал Чапультепекскую декларацию — инициативу IAPA. Справа — автор этой статьи, в бытность свою молодым репортером. Фотоархив \ La Prensa

Те из нас, кто находится за пределами страны, приняли решение защитить свою жизнь, продолжая заниматься своим делом, но если что-то и объединяет нас– журналистов в Никарагуа и за рубежом –  так это обязательство информировать и документировать происходящее. Мы делаем это, несмотря на грозящее нам давление в виде вызовов в прокуратуру или неожиданных визитов гражданских лиц в наши дома, как это произошло 6 августа в полдень, когда ко мне пришли какие-то люди, представились полицейскими и сказали, что они проверяли мой адрес, чтобы доставить мне повестку явиться в Министерство внутренних дел в тот же день — снова! — всего через несколько часов после отправки запроса о журналистском расследовании в Управление делами президента. Если незаконный характер этих действий подтвердится, это еще раз докажет, что государственное министерство является инструментом обнаглевшего режима.

На протяжении последних месяцев упомянутых мною граждан, подвергшихся преследованиям, брали под стражу через несколько минут после того, как они выходили из прокуратуры, пытаясь вот таким безобразным способом и прибегая к силовым структурам, заставить их молчать. Я не хочу подвергать себя такому риску и, будучи на свободе, буду продолжать рассказывать о Никарагуа, где бы я ни находился. Я благодарю те ресурсы, которые помогают нам вести расследования и обличать эту политическую систему, и прошу их продолжать вместе с нами распространять соответствующую информацию, своевременно сообщая гражданам о том, что происходит, чтобы они могли принимать обоснованные решения.

Поколение журналистов, которое сейчас подвергается гонениям, продолжает дело тех, кто был до нас; мы идем по стопам наших учителей: Педро Хоакина и Хайме Чаморро Карденаля, Орасио Руиса, Данило Агирре Солиса… Дорогу осилит идущий. Я горжусь тем, что принадлежу к коллективу CONFIDENCIAL и вижу, как они со всем справляются, несмотря на репрессии; они профессионально делают свое дело, держа органы власти под журналистским прицелом и подавая отличный пример для подражания. Как сказал Сарамаго, которого часто цитирует Серхио Рамирес, – «когда пишешь, переворачиваешь камни, и я не виноват, что время от времени из-под них появляются чудовища».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.