В этом материале мы приводим статью, которая изначально была опубликована в ресурсе «Confidencial», о положении журналистов и журналистики в Никарагуа, где в последнее время свобода слова и прессы подвергается нападкам и беспрецедентному давлению со стороны властей. 

Журналисты Хулио Лопес, Дэвид Кинтана и Серхио Марин рассказали CONFIDENCIAL о причинах своего вынужденного отъезда из Никарагуа.

Режим Даниеля Ортеги и Росарио Мурильо наращивает репрессии против независимой прессы страны, и, согласно мониторингу, проведенному организацией независимых журналистов и репортеров Никарагуа (PCIN), в последние недели это привело к изгнанию по меньшей мере двадцати журналистов.

Хулио Лопес, журналист Onda Local; Дэвид Кинтана из Экологического бюллетеня и Серхио Марин из La Mesa Redonda были вынуждены покинуть страну, чтобы сохранить свою свободу.

«Нас объявили врагами за то, что мы делали как журналисты», — говорит Марин, уже из Коста-Рики.

Второй рейд в помещениях Confidencial и Esta Semana 20 мая 2021 года стал началом новой волны преследований журналистов, которых объявили вне закона. С тех пор десятки репортеров и издателей были вызваны в прокуратуру в качестве свидетелей по делу о расследовании против Фонда Виолетты Барриос де Чаморро (FVBCh) в связи с предполагаемым «отмыванием денег».

Некоторым упомянутым журналистам угрожали Особым законом о киберпреступности, известным как «закон затыкания ртов», а спортивный обозреватель и блоггер Мигель Мендоса был арестован без предъявления обвинения за то, что высказал свое мнение в социальных сетях.

Объявление журналистской деятельности вне закона можно считать попыткой со стороны никарагуанского режима скрыть информацию о реальном положении дел в стране. Это предположение высказано в отчете Межамериканской ассоциации прессы (SIP), в которую только в течение июня этого года подано  44 жалобы о нарушениях свободы прессы. 

Угрозы и преследования

Марин отправился в изгнание после того, как ему пригрозили тюрьмой. В сети был распространен видеоролик, где ведущий программы La Mesa Redonda был представлен как директор политического движения «Унамос», ранее известного как Сандинистское движение обновления (MRS), чьи бывшие и настоящие лидеры (шестеро из них) были похищены и продолжают содержаться в полной изоляции.

«Я никогда не был членом этой партии или какой-либо другой политической группы за последние 20 лет», — уверяет Марин.

В тот же день постоянного гостя его программы вызвали на «интервью» в прокуратуру, где ему задавали вопросы с целью найти повод и предъявить Марину обвинение на основании его журналистской деятельности. «Ситуация для меня в Никарагуа и без того была невыносимой», — сетует он.

Нападению подверглись журналисты, освещавшие налёт на кандидатку в президенты Кристиану Чаморро. Фотография: Наира Валенсуэла.

Ночью 21 июня Дэвид Кинтана осознал опасность, которой он подвергнется, если не скроется. В тот день был схвачен Мигель Мендоса, известный критикой режима в соцсетях.  За несколько дней до этого фотография журналиста была размещена на сандинистском агитационном плакате, где говорилось, что его арестуют и что он на очереди вместе со спортивным обозревателем.

«Нет смысла сидеть в тюрьме. Никарагуанцам нужны свободные независимые журналисты, чтобы было кому продолжать освещать события», — говорит Кинтана.

22 июня Хулио Лопес готовился к поездке в Коста-Рику для участия в некоем мероприятии, но иммиграционные власти задержали его на пограничном посту Пеньяс Бланкас, не позволив покинуть страну. До этого случая радиожурналист не собирался в изгнание. «В тот момент я решил, что мне нужно покинуть Никарагуа, потому что моя жизнь в опасности».

Лопесу не объяснили, почему на него наложили иммиграционные ограничения, но буквально через несколько минут в дом его матери пришло уведомление о явке в прокуратуру в качестве свидетеля по делу против Фонда Виолеты Барриос де Чаморро.

Лопес был трехкратным обладателем Премии Педро Хоакина Чаморро за выдающиеся журналистские достижения, которая присуждалась 15 лет подряд ныне уже несуществующим фондом. Он также вел курсы журналистского мастерства. «Мои отношения с Фондом были полностью прозрачными и публичными. В какой-то момент мне дали журналистскую стипендию, но  это же не преступление, ни в этой стране, ни где бы то ни было в мире», — недоуменно говорит он.

По мнению Лопеса, приверженность определенной партии таких государственных учреждений, как прокуратура, нарушает права любого гражданина. «Нет никаких гарантий, что ваши права будут соблюдены ни в качестве свидетеля по делу, ни в качестве объекта расследования».

Официоз и язык ненависти

На прошлой неделе вице-президент Росарио Мурильо заявила, что независимые журналисты публикуют фейковые новости о проблемах здравоохранения,  в которых говорится  о «неких ложных врачах и ложных прогнозах», и пригрозила покарать их, прибегнув к  Особому закону о киберпреступности.

По словам журналистов, эти попытки правительства добиться полной цензуры и самоцензуры со стороны граждан варьируются от стигматизации и судебных исков до угроз и преследований журналистов, ведущих свои репортажи прямо с улиц.

Антония Уррехола, президент Межамериканской комиссии по правам человека, недавно заявила, что в Никарагуа «преследуется независимая журналистика».

«В Никарагуа репрессии не прекратились, всем затыкают рты, и это привело к тому, что ситуация в Никарагуа стала одной из самых тревожных на всем континенте», — сказала она.

Уррехола убеждена, что «вы в Никарагуа не дышите, и это правда, нет ни демократической свободы, ни возможности вести открытые дебаты, потому что любой голос  инакомыслия преследуется, а людям, если они не уедут, грозит тюрьма».

С апреля 2018 года Кинтана пережил нападения, кражу оборудования и даже судебное разбирательство по обвинению в клевете. Но больше всего журналист опасается роста фанатизма в рядах СФНО, подпитываемого официальным дискурсом ненависти. «Что можно ждать от нынешних репрессий? Да всего».

Задачи  журналистики

На ненавистнический дискурс и репрессии Лопес предлагает отвечать постоянным повышением качества журналистики, борьбой с дезинформацией и преодолением барьера цензуры. «Основная фабрика фейковых новостей в Никарагуа – это официальные ресурсы».

Сопротивление также идет рука об руку с идеей отъезда ради спасения. «Мы должны быть свободными, чтобы продолжать вести репортажи», — говорит Кинтана.

«Нам не обязательно находиться в Никарагуа, чтобы продолжать информировать людей. Находясь в своих домах и офисах, наши читатели берут сотовые телефоны и могут видеть материалы тех СМИ, которые режим не смог заставить замолчать … Режим не может этому помешать», — говорит Марин.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.